Стихотворение дня

поэтический календарь

Пьер-Жан де Беранже

19 августа родился Пьер-Жан де Беранже (1780 — 1857).

pierre-jean-de-beranger

Куда как скучны старики!

Я праздную свое рожденье:
Мне семьдесят сегодня лет.
Тот возраст будит уваженье,
Но вряд ли кем-нибудь воспет…
Старик семидесятилетний —
Солидный титул!.. Но, дружки,
«Куда как скучны старики! —
Твердит мне опыт многолетний. —
Куда как скучны старики!
Одно безделье им с руки».

Для женщин — всюду исключенье:
Им старость портит цвет лица,
Но вечно юное влеченье
Хранят до гроба их сердца.
Старушки толк в мужчинах знают —
Им милы только смельчаки.
«Куда как скучны старики! —
Они тихонько повторяют. —
Куда как скучны старики!
Одно безделье им с руки».

От старика не жди поблажки:
«На что — прогресс? Спешить на что?
Не опрокиньте мне ромашки!
Не перепутайте лото!»
Ворчит он, голову понуря,
На то, что смелы новички.
Куда как скучны старики!
Для них в улыбке неба — буря…
Куда как скучны старики!
Одно безделье им с руки.

Больной политике рвать зубы
Они большие мастера;
Но все их средства слишком грубы:
Их устранить давно пора!
Рецепты старцев устарели,
Как их декокт и парики.
Куда как скучны старики!
Состарить Францию хотели!..
Куда как скучны старики!
Одно безделье им с руки.

Переживя свою же славу,
Останься жив Наполеон —
Над ним трунили бы по праву:
Он был бы жалок и смешон.
И гений — творчества лишался
Под гнетом старческой тоски!
Куда как скучны старики!
Корнель под старость исписался…
Куда как скучны старики!
Одно безделье им с руки.

Жить до ста лет — избави боже! —
Не пожелаешь и врагу.
Мне только семьдесят — и что же? —
Совсем уж петь я не могу!
Корплю над рифмами плохими,
Боюсь не дописать строки…
Куда как скучны старики!
Друзья! Посмейтесь же над ними:
«Куда как скучны старики!
Одно безделье им с руки».

Перевод И. Ф. и А. А. Тхоржевских

43

Руперт Брук

3 августа 1887 года родился Руперт Чоунер Брук. Умер от заражения крови 23 апреля 1915 на французском плавучем госпитале недалеко от острова Скирос.

rupert-brooke

Мир

Хвала Тебе, Господь, что нас призвал сейчас,
Застигнул наш расцвет и пробудил от сна,
Что твердой сделал длань, и острым сделал глаз,
И вдаль пустил, где чистота и глубина,
Избавив нас от мира немощных идей,
От утомленных дум без огонька в крови,
От непристойных песенок полулюдей,
От жуткой пустоты измызганной любви.

О, мы освобождение познали там,
Где нет ни горя, ни болезней, ни забот:
Все цело, кроме плоти, обращенной в прах.
Душевный мир ничто не сотрясает там:
Агония — и та закончится вот-вот.
Есть только смерть — наш худший друг и враг.

Мертвые

О, воструби, труба, над сонмом мертвецов!
Нет стариков в рядах последнего парада.
Смерть одарила нас куда богаче злата —
Они переместились в лучший из миров.

И там, наполнив кубок молодым вином,
Они отвергли бытия земную радость —
И праведность труда, и мудрости крылатость —
Бессмертье передав тем, кто придет потом.

О, воструби, труба, над сонмом мертвецов!
Они добыли нам и святость, и любовь,
Они нам возвратили доблести корону.

Когда величие воздвиглось на престол
И королевский дар любой из нас обрел,
Свое наследство мы вернули по закону.

Перевод Е. В. Лукина

Неизвестный солдат

А если я погибну, знай: в полях
Чужих найдешь английский уголок,
Где в ценной их земле — бесценный прах.
Он Англией взращён. Он всё, что смог,
Впитал. Её дорогами бродил,
Её цветы любимой как-то раз
Принёс. Благословение светил
и силу вод её обрел в свой час.

Знай: в этом сердце зла отныне нет.
Оно в веках трепещет, как скворец,
От Англии вдали, где быль — что небыль,
Храня её мечты, звучанье, свет,
И смех друзей, и нежность тех сердец,
Что мирно бьются под английским небом.

Перевод М. В. Фаликман

143

Анатолий Гелескул

21 июля родился поэт-переводчик Анатолий Михайлович Гелескул (1934 — 2011).

anatoliy-geleskul

Леон Фелипе

Словно ты…

Эта жизнь моя —
камешек легкий,
словно ты. Словно ты,
перелетный,
словно ты,
попавший под ноги
сирота проезжей дороги;
словно ты,
певучий клубочек,
бубенец дорог и обочин;
словно ты,
что в день непогожий
затихал
в грязи бездорожий,
а потом
принимался снова
плакать искрами
в лад подковам;
словно ты,
пилигрим, пылинка,
никогда не мостивший рынка,
никогда не венчавший замка;
словно ты, неприметный камень,
неприглядный для светлых залов,
непригодный для смертных камер…
словно ты, искатель удачи,
вольный камешек,
прах бродячий…
словно ты, что рожден, быть может,
для пращи, пастухом несомой…
легкий камешек придорожный,
неприкаянный,
невесомый…

Федерико Гарсиа Лорка

Гонорианский сонет,
в котором поэт шлет своей любви голубя

Турийский голубь с нежными зрачками
к тебе летит посланцем белопёрым,
как дым костра, сгорая на котором
я заклинаю медленное пламя.

Пуховый снег над жаркими крылами,
вскипая, словно пена по озёрам,
жемчужно стынет инистым узором
в саду, где наши губы отпылали.

Погладь рукою пёрышко любое —
и снежная мелодия крылато
весь мир запорошит перед тобою.

Так сердце от заката до заката
боится, окольцовано любовью,
не вымолить тебя, моя утрата.

Сесар Вальехо

Париж, октябрь 1936

Я здесь единственное, что не возвратится, —
к моей скамейке, к замыслам и бредням,
к поступкам и штанам моим последним
и ко всему, в чем есть моя частица.
Я здесь единственное, что не возвратится.

К Полям ли Елисейским или к Сене
за Лунный сквер уйдет мое рожденье,
простится смерть и больше не вернется,
и в сутолоке, словно в запустенье,
моя людская схожесть обернется
и по одной отпустит свои тени.

А все с моим уходом остается,
чтоб обеспечить алиби, — от пряжки
до шва на башмаке, все без остатка,
и грязь на каблуке, и даже складка
на рукаве застегнутой рубашки.

Ян Лехонь

Илиада

Привередливый книжник, любитель Гомера,
Ко всему примеряя былые деянья,
Приглядись, как слепой у варшавского сквера
«Варшавянку» поет ради крох подаянья.

Что Гекуба тебе? Илион с его славой?
Подойди к старику с головой непокрытой,
Обними и шепни: «Мой Приам седоглавый,
Мне все помнится сын твой, в ту осень убитый».

И на дне его глаз ты увидишь не рану,
А надежда блеснет и вперится незряче:
«Я не раз говорил и твердить не устану,
Что ошиблась Кассандра! Все будет иначе».

88