Стихотворение дня

поэтический календарь

Геннадий Русаков

Вчера был день рождения у Геннадия Александровича Русакова.

* * *

Во вшах, в позоре, в небреженье, —
библейский Лазарь, нищ и сир, —
я шёл, и головокруженьем
меня качал тифозный мир.

Борисоглебск, моя планида!
В пуху кипят твои сады.
Как злы, пустынны, дики видом
пристанционные ряды!

Какой разор! Какой разрухой
несёт от выцветших досок!
Июльский тлен пластами пуха
течёт к земле наискосок.

Пора! Прости, голодный город
случайной радости: уже
железом бешеным распорот
закат на дальнем рубеже.

И брошен третий детприёмник,
и сквозь разъездов рёв и свист:
«Шпана, охальщина, бездомник!» —
мне вслед кричит телеграфист.

Пускай его. Уже ни страху,
ни злу
над нами власти нет.
…Гремит состав и ломит с маху
в тифозный мой, в прекрасный свет.

<1980>

* * *

Кипят сады, несносен дым растопки.
Обвал дождя внезапен, как испуг.
Соседский сад, растоптанный и топкий,
косым плечом ложится на напруг.

С утра знобит, но к полудню всё жарче.
На быстрине всплывают из реки
палеозоем меченные карчи
и на свету слепые пауки.

Грядёт потоп, дичание натуры.
Но в этот быт, срывающийся с мест,
апрель потом добавит лигатуры
для закрепленья собранных веществ.

Он соберёт и сплавит воедино
их плоть и крепь, их временную стать.
И на желтке опять замесит глину,
чтоб этот мир по-новому создать.

<1980>

* * *

Уйдите все, вошедшие в мой дом!
Я вас не звал и скатерть не накрою.
Я позабыл и узнаю с трудом,
но узнаю: опять всё те же, трое.

Ты, мать, и ты, растившая меня,
и ты, отец, моей гортани мякоть…
Вас нет, вы блажь сорокового дня.
Я вас придумал, чтобы горше плакать.

Я сам себе хозяин столько лет!
Не брат, не сын — осина в чистом поле…
Зачем теперь отыскивать мой след?
С меня достанет и постылой воли.

Я землю ем, в кремень её стучу.
Мне кости жжёт отходная простуда.
— Укрой меня — я больше не хочу!
Возьми меня,
возьми меня отсюда!

<1985>

* * *

Структура ветра зрима и проста:
во весь раскрой продольного разреза —
накат пространства, воздух в два листа,
да станиоль — никчёмное железо.

У, как летят косые дерева!
И там, у лип, у ветхого заслона,
свои столетья празднует вдова —
немая тень, жена Багратиона.

А на Оке столбом стоит вода,
от рыбьих перьев сыплется сиянье.
Но запах не докатится сюда —
у нас кругом такие расстоянья!

У нас такая долгая страна,
такие стыни и такие стужи,
такие ветры ходят дотемна,
смыкают круг всё родственней, всё уже!

У нас такое время кличет птиц
и так сады обуглены тоскою,
что не видать моих любимых лиц
в толпе грачей, спешащих над рекою.

<1985>

10

Павел Грушко

Сегодня день рождения у Павла Моисеевича Грушко.

П. М. Грушко, Пушкино, 1945
Пушкино, 1945

Быть

Скатилось солнце в осень
со спелых летних круч.
На вертикалях сосен
горизонтали туч.

Ветшает свет осенний
над оторопью вод,
где рубища растений
латает первый лёд.

В распавшейся дуброве
откроется на миг,
что ты — избранник крови,
её тепла должник,

что мыслит лишь тобою
безвременный хаос,
где ты с твоей судьбою
не деревом возрос,

за целый мир в ответе,
за чистоту и честь —
ведь ты и есть на свете,
и ведаешь, что есть.

1964

Я столько всякого перезабыл…

Борису Жутовскому

Я столько всякого перезабыл,
навязанного жизнью после детства.
Но то, что причиталось мне в наследство
при нарожденьи — этот спелый пыл
всеведенья, которое во сне,
как Время, удивительно бескрайне, —
чем дальше, тем полней живёт во мне,
всё бессловесно объясняя втайне.

Наверно, утешенье: надо рвом,
где шумно рвётся света перепонка,
всего коснувшись серым веществом,
понять, что ты — седая тень ребёнка,
и, пропадая, лишь на то пенять,
что детство не могло до смерти длиться,
и смерть свою — на этот раз — принять
как трезвую возможность не родиться.

1976

Голубь в окне

Голубь в окне, на обыденность нашу глядящий, —
уж не с известьем ли он, что просрочены сроки?
Всё обойдётся, надеюсь, и город галдящий
милостью неба очнётся от горькой мороки.
Всё ещё спят акварели твои и гуаши.
Что бы тебе оживить поседевшие кисти?
Голубь в окне, озирающий помыслы наши, —
к нам он наведался только ль из птичьей корысти?
Что ему надо, голубчику, — только ли крошек?
Всё же, надеюсь, не с бухты-барахты в окне он.
Уж не затем ли он жёсткие перья ерошит,
что Ниспославший его не на шутку разгневан?
Что же мы вызов своим огорченьям не бросим?
Тихим отчаяньем сами себя уморили…
Скоро ли снег обелит нашу грязную осень?
Только и радости всей — русый профиль Марии.

Октябрь 2000

Есть третья сторона листа…

Кириллу моей души

Есть третья сторона листа,
исписанного с двух сторон,
там обитает чистота
без дат, событий и имён, —
непознанная белизна,
не воплотившаяся взвесь,
и пониманье, что она,
пером не тронутая, есть,

покоя не даёт перу, —
в сравненье с этой чистотой
всё, что напишешь поутру,
предстанет к ночи суетой.
Какая глубь и широта
в пространстве этом всех времён —
на третьей стороне листа,
исписанного с двух сторон…

1980-1998

81

Алексей Колчев

9 августа родился Алексей Викторович Колчев (1975 — 2014).

* * *

кому
нужен
безбилетный пассажир

в четыре утра
в электричке
на станции «фруктовая»

высадили
вместе с собакой

на станции
никаких фруктов

зима

* * *

джон донн уснул проснулся готфрид бенн
день гонит ночь в бесплодной круговерти
записка на столе ключи в конверте
нам выпала эпоха перемен

история шатка как зуб всегда
постыдна смерть но жить ещё стыднее
чего ж ты ждёшь мой ангел дульцинея
снимай трусы и лифчик и айда

любезен всем любви и нег наркоз
хотя и в нём лишь химия и проза
звенит будильник опадает роза
прекраснейшая из ширазских роз

* * *

в могиле обнаружены меч нунчаки
подрывная подорванная литература
тела не найдено тело исчезло
закопалось ещё глубже в землю
выпрыгнуло кузнечиком из обвалившейся ямы
ушло в аптеку встало в очередь в аквапарке
сбежало вслед за душой в пардес щемящий
объявлено в междупространственный розыск
о золотая эра видеомагнитофонов
первые уроки астрального кунфу в полутёмном зале
осторожное познание чудовищ открытого мира
теперь ты сам чудовище тебя ищут
обещают награду за единый волос крохотную чешуйку
мечтают накрыть всю вашу рыжую шайку
и ещё раз накрыть и накрыть и сверху прихлопнуть
чтобы ни вздохнуть ни охнуть ни всхлюпнуть ни всхлипнуть
ни пошевелить ветвящимися рогами
эрегуми вы мои оригами

* * *

— татлин татлин где ты был
где твоя улитка
ладил ли в углу гробы
где в подвалах липко

— я летал на север там
солнце есть большое
подносил к своим устам
шанежку с паршою

— татлин татлин расскажи
коротенек ад длин
пальцы вьются как ужи
лик и вовсе ватлин

— я не значу ничего
семо и овамо
всё вокруг меня черно
я где я где яма

— татлин татлин что ты врёшь
мокрыми словами
у тебя под сердцем вошь
как олень саами

— где железо где ведро
где рычаг поваплен
я залез в коня нутро
он татарин татлин

* * *

человек превращается в птицу
покидает стульчак и кровать
он потом улетит заграницу
чтобы там на краю зимовать
где помимо слепящего света
ничего больше нет впереди
и растёт в благодарность за это
хриплый клёкот из узкой груди

56