Стихотворение дня

поэтический календарь

Александр Есенин-Вольпин

Вчера в Бостоне на 91 году жизни скончался Александр Сергеевич Есенин-Вольпин. И хотя основные таланты и дела этого замечательного человека находились вне поэтической сферы, нам хотелось бы сегодня вспомнить его стихи.

aleksandr-esenin-volpin

* * *

От отца родного ли рожден,
Или непосредственно от славы,
Любопытством тонким наделен,
Презирал я детские забавы.
В девять лет я знал, что на Луне
Солнце днем горит на небе черном.
Часто думал: Вот куда бы мне…
С этой целью стать решил ученым,
И, презренья к жизни не тая,
Лет в пятнадцать мыслил только строго…
Для таких неистовых, как я,
Кантором проложена дорога.
…Переменны ранние мечты: —
Лет в семнадцать (это было летом)
Полюбив доступность пустоты,
Я едва не сделался поэтом, —
Но язык мой беден и смешон,
А движенья вычурно-корявы…
От отца родного ль я рожден
Или непосредственно от славы?

23 января 1946

* * *

Из-за сильной тревоги к труду не имея влеченья,
Подбираю я рифмы. Работа отнюдь не пуста:
Может, вспомню потом, что и раньше бывали сомненья,
Если снова устану и будет страшить пустота…
…А встревожен я тем, что вмешался в волненья людские,
Холодею к Науке — хотя лишь о ней говорю…
Сочиняю стихи — но, как видите сами, плохие,
Ничего не люблю и — ненужная пошлость — курю.
…А недавно еще поднималось во мне увлеченье,
Думал: все я узнаю, и книги, и силы найду…
А теперь я устал, и ничто мне не даст облегченья,
Как ленивый невольник без сил приступаю к труду…
…Я люблю только синие звезды… Была бы свобода,
Я бы к ним полетел, как всегда, беззаботен в пути…
Только небо и звезды… Но разве поможет Природа
В отвлеченной науке дыханье Природы найти?

8 апреля 1946

42

Габриеле д’Аннунцио

12 марта 1863 года родился Габриеле д’Аннунцио, поэт, драматург, эстет и эпикуреец, воин и флибустьер, предтеча итальянского фашизма. Под его обаяние подпали многие русские литераторы Серебрянного века. Этой крайне противоречивой фигуре посвящена последняя книга Елены Шварц «Крылатый циклоп».

Gabriele_D'Annunzio_1922

Пастухи

Сентябрь, пора и нам. Повсюду сборы.
Сегодня пастухи мои в Абруццах,
открыв загоны, покидают горы,
влекутся к Адриатике пустынной
и — словно пастбища в горах — зеленой.
Они припали, уходя, к студеной
воде, чтоб вкус родной остался в каждой
груди отрадою в дороге долгой
и верх как можно дольше брал над жаждой.
Сменили напоследок хворостину.

Старинная тропа ведет в долину,
шаги трава густая заглушает,
безмолвная, как медленные реки.
О клич того, кто первым возглашает
о том, что наконец он слышит море!

И берегом уже отара вскоре
идет. Ни дуновенья. Ярким светом
настолько шерсть отбелена живая,
что стала на песок похожа цветом.
Знакомый шум звучит во мне стихами.

Зачем я не с моими пастухами?

1903

Перевод Е. М. Солоновича

Николай Гумилев

Ода д’Аннунцио

К его выступлению в Генуе.

Опять волчица на столбе
Рычит в огне багряных светов…
Судьба Италии — в судьбе
Её торжественных поэтов.

Был Августов высокий век,
И золотые строки были:
Спокойней величавых рек
С ней разговаривал Виргилий.

Был век печали; и тогда,
Как враг в её стучался двери,
Бежал от мирного труда
Изгнанник бледный, Алигьери.

Униженная до конца,
Страна, веселием объята,
Короновала мертвеца
В короновании Торквата.

И в дни прекраснейшей войны,
Которой кланяюсь я земно,
К которой завистью полны
И Александр и Агамемнон,

Когда всё лучшее, что в нас
Таилось скупо и сурово,
Вся сила духа, доблесть рас,
Свои разрушило оковы —

Слова: «Встаёт великий Рим,
Берите ружья, дети горя…»
— Грозней громов; внимая им,
Толпа взволнованнее моря.

А море синей пеленой
Легло вокруг, как мощь и слава
Италии, как щит святой
Её стариннейшего права.

А горы стынут в небесах,
Загадочны и незнакомы,
Там зреют молнии в лесах,
Там чутко притаились громы.

И, конь встающий на дыбы,
Народ поверил в правду света,
Вручая страшные судьбы
Рукам изнеженным поэта.

И всё поют, поют стихи
О том, что вольные народы
Живут, как образы стихий,
Ветра, и пламени, и воды.

1915

33

Анна Ахматова

Сегодня день памяти Анны Андреевны Ахматовой (1889 — 1966).

Портрет работы З. Е. Серебряковой, 1922

Полночные стихи

Семь стихотворений

Только зеркало зеркалу снится,
Тишина тишину сторожит…
Решка

Вместо посвящения

По волнам блуждаю и прячусь в лесу,
Мерещусь на чистой эмали,
Разлуку, наверно, неплохо снесу,
Но встречу с тобою — едва ли.

Лето 1963

1. Предвесенняя элегия

…toi qui m’as consolee.
Gerard de Nerval

Меж сосен метель присмирела,
Но, пьяная и без вина,
Там, словно Офелия, пела
Всю ночь нам сама тишина.
А тот, кто мне только казался,
Был с той обручен тишиной,
Простившись, он щедро остался,
Он насмерть остался со мной.

10 марта 1963, Комарово

2. Первое предупреждение

Какое нам в сущности дело,
Что все превращается в прах,
Над сколькими безднами пела
И в скольких жила зеркалах.
Пускай я не сон, не отрада
И меньше всего благодать,
Но, может быть, чаще, чем надо,
Придется тебе вспоминать —
И гул затихающих строчек,
И глаз, что скрывает на дне
Тот ржавый колючий веночек
В тревожной своей тишине.

6 июня 1963, Москва

3. В Зазеркалье

O quae beatam, Diva,
tenes Cyprum et Memphin…
Hor.

Красотка очень молода,
Но не из нашего столетья,
Вдвоем нам не бывать — та, третья,
Нас не оставит никогда.
Ты подвигаешь кресло ей,
Я щедро с ней делюсь цветами…
Что делаем — не знаем сами,
Но с каждым мигом все страшней.
Как вышедшие из тюрьмы,
Мы что-то знаем друг о друге
Ужасное. Мы в адском круге,
А может, это и не мы.

5 июля 1963, Комарово

4. Тринадцать строчек

И наконец ты слово произнес
Не так, как те… что на одно колено —
А так, как тот, кто вырвался из плена
И видит сень священную берез
Сквозь радугу невольных слез.
И вкруг тебя запела тишина,
И чистым солнцем сумрак озарился,
И мир на миг преобразился,
И странно изменился вкус вина.
И даже я, кому убийцей быть
Божественного слова предстояло,
Почти благоговейно замолчала,
Чтоб жизнь благословенную продлить.

8-12 августа 1963

5. Зов

В которую-то из сонат
Тебя я спрячу осторожно.
О! как ты позовешь тревожно,
Непоправимо виноват
В том, что приблизился ко мне
Хотя бы на одно мгновенье…
Твоя мечта — исчезновенье,
Где смерть лишь жертва тишине.

1 июля 1963

6. Ночное посещение

Все ушли, и никто не вернулся.

Не на листопадовом асфальте
Будешь долго ждать.
Мы с тобой в Адажио Вивальди
Встретимся опять.
Снова свечи станут тускло-желты
И закляты сном,
Но смычок не спросит, как вошел ты
В мой полночный дом.
Протекут в немом смертельном стоне
Эти полчаса,
Прочитаешь на моей ладони
Те же чудеса.
И тогда тебя твоя тревога,
Ставшая судьбой,
Уведет от моего порога
В ледяной прибой.

10-13 сентября 1963, Комарово

7. И последнее

Была над нами, как звезда над морем,
Ища лучом девятый смертный вал,
Ты называл ее бедой и горем,
А радостью ни разу не назвал.

Днем перед нами ласточкой кружила,
Улыбкой расцветала на губах,
А ночью ледяной рукой душила
Обоих разом. В разных городах.

И никаким не внемля славословьям,
Перезабыв все прежние грехи,
К бессоннейшим припавши изголовьям,
Бормочет окаянные стихи.

23-25 июля 1963

Вместо послесловия

А там, где сочиняют сны,
Обоим — разных не хватило,
Мы видели один, но сила
Была в нем как приход весны.

1965

185