Стихотворение дня

поэтический календарь

Илья Британ

8 июня 1885 года в Кишиневе родился Илья Алексеевич Британ. Расстрелян 15 декабря 1942 года в пересылочном лагере Дранси во Франции.

Транзитный лагерь «Дранси» в окрестностях Парижа, 1941
Транзитный лагерь «Дранси» в окрестностях Парижа, 1941

* * *

Лампа под зеленым абажуром;
Библия, — раскрыт Экклезиаст;
Часики с подклеенным амуром. —
Прошлого могила не отдаст?

Призраки бездушные без плоти;
Пес уныло дремлет на ковре;
Строки о забвеньи на блокноте. —
Прошлое вернется на заре?

Пальма никнет серая горбато;
Мебели потрескавшейся вздох. —
Разве сил, растраченных когда-то,
Так и не заметит гордый Бог?

Память ищет правды в знаках стертых.
Тленное раздумие откинь:
Чаю воскресения из мертвых,
Жизни в веке будущем… Аминь!

* * *

Тоскует колокол. Печален талый снег,
Угрюмы лужицы под небом серой стали,
Бесцветны скатерти еще безмолвных рек,
Косятся домики в холодной мутной дали.

Тоскует колокол. Тяжел немой дымок,
На крыше каркает докучная ворона,
Кусты увядшие застыли у дорог,
На старом кладбище в слезах грустит икона.

Не видно солнышка; чернеют тополя,
Как тени грозные, как вражеские пики;
Томится грешная, безвольная земля…
Тоскует колокол. Сегодня Пост Великий.

42

Елена Гуро

30 мая родилась Елена (Элеонора) Генриховна Гуро (1877 — 1913).

elena-guro

* * *

Пески, досочки.
Мостки, — пески, — купальни.
Июнь, — июнь.
Пески, птички, — верески.
И день, — и день,
И июнь, — июнь,
И дни, — и дни, денёчки звенят,
Пригретые солнцем,
Стой! — Шалопай летний,
Стой, Юн Июньский,
Нет, не встану, — пусть за меня
лес золотой стоит, —
Лес золотой,
Я июньский поденщик,
У меня плечи — сила,
За плечами широкий мир.
Вокруг день да ветер —
Впереди уверенность.
У меня июнь, июнь и день.

23

Аркадий Кутилов

Сегодня день рождения Аркадия (Адия) Павловича Кутилова (1940 — 1985).

arkadiy-kutilov

Они бескрылы

Боготворю их, солнечных и милых,
люблю сиянье знойное зрачков…
Они бескрылы, но имеют силы
нас окрылять, бескрылых мужиков!

Границы платьев берегут их прочно…
Я, нарушитель ситцевых границ, —
они бескрылы — видел это точно!
А, впрочем, кто их знает, этих птиц…

* * *

Идеи дикие глотаю,
читаю Брема и Дидро…
Всю ночь сижу, изобретаю
тарелку, ложку и ведро…

Мне Джемс Уатт — прямой начальник,
весь мир — не больше, чем товар…
Я изобрел утюг и чайник,
велосипед и самовар…

Я луч звезды разбил на звенья,
открыл породу новых рыб.
В пределах музыки и пенья
я изобрел тележный скрип.

Я с неба звезды не хватаю,
но плещет творческий экстаз…
и я опять изобретаю
топор, пилу и унитаз…

Я — исключенье всяких правил,
с мировоззрением кривым…
Мой мозг трагично неисправен,
и уж ничем не исправим!

* * *

Сидят в луну влюбленные собаки,
молчат пока, вбирают голоса…
А мимо — шапки, рыжие, как маки,
а мимо — звезды, окна и глаза…

Спешат в мороз одетые подружки,
бредет куда-то сам собой тулуп…
Смешные, чуть усталые избушки,
и вместе с дымом — музыка из труб!

35