Стихотворение дня

поэтический календарь

Георгий Голохвастов

29 октября 1882 года в Ревеле родился Георгий Владимирович Голохвастов, автор монументальной поэмы «Гибель Атлантиды». Скончался 15 июня 1963 года в Нью-Йорке.

Полет

За полями под полной луною,
Там, где дымкой покрыты холмы,
Раскрывается ночь предо мною
Беспросветною пропастью тьмы.

Словно лунного света завесу
Я закрыл за собой и стою,
Приступив безысходно к отвесу,
На повисшем над бездной краю.

Тишиною безжизненной полный,
Предо мной океан пустоты
Глухо движет беззвучные волны
Безначальной немой темноты.

По пучине ее безответной,
Властно брошен в безудержный бег,
Слепо мчится над глубью бессветной
Мирозданья бескрылый ковчег.

Мне в лицо веет ветер полета.
И я знаю, что с ним унесен
Я в безвестность, вне тленного гнета,
Вне пространства и хода времен.

Я один в запредельном блужданьи…
Всё смесилось, как в двойственном сне:
Или я растворен в мирозданьи,
Или всё мирозданье — во мне.

И, бесследным путем в бесконечность
Уносясь всё вперед, без конца,
Я вливаюсь в открытую вечность —
В присносущую душу Творца.

На переломе

В душе ни ропота, ни горьких сожалений…
Мы в жизни знали всё. Мечтавшийся давно
Расцвет искусств — был наш; при нас претворено
Прозрение наук — в триумф осуществлений.

Мы пили творчества, любви, труда и лени
Изысканную смесь, как тонкое вино,
И насладились мы, последнее звено
В цепи взлелеянных веками поколений.

Нахлынул мир иной. С ним — новый человек.
Под бурным натиском наш утонченный век
В недвижной Красоте отходит в область мифов.

А мы, пред новизной не опуская век,
Глядим на пришлецов, как в древности на скифов
С надменной жалостью смотрел античный грек.

Из «Сказанья о Нарциссе»

С той ночи памятной мираж стал их уделом:
Как жажда жгучая, безудержная страсть.
Действительность затмив, влекла их снова впасть
В экстаз забвения… там… где-то за пределом…

И, вновь и вновь сгорев в желаньи гордо-смелом,
Над духом снова плоть утрачивала власть,
И с частью Женского жила Мужского часть
В блаженно-радостном и гармоничном целом.

Путем внежизненным, неведомым поднесь,
Они всходили в высь к недостижимым здесь
Восторгам пламенным сверхчувственных наитий…

Любовь сродняла их тесней, чем в сплав иль в смесь:
В конечной полноте мистических соитий
Она вся им была, и ею был он весь…

На страже

Когда, поверив выкликам шаманов,
Их амулетам, маскам и рогам,
Толпа ушла, забыв своих арханов,
От бога правды к призрачным богам,
От солнца жизни — к сумеркам туманов,
От чистых вод — к болотным берегам,
Тогда душа отвергла яд обманов:
Бесстыдный пляс, курения дурманов,
Бессмысленный косноязычный гам
И дикий ритм трещащих барабанов;
Для вычурных и пестрых истуканов
Я петь не стал, не пал я к их ногам,
Не осмеял молитвенных пэанов,
Не смял цветов, родных родным лугам,
И растоптать священных талисманов
Не мог на радость радостным врагам.

Вернулся я в моленные дубравы,
Где песни птиц и ветра тихий гул,
И в храме лип, на жертвеннике славы
Забытый пламень ревностно раздул.

Огонь горит. Я на алтарь высокий
Плету венки, в них бережно храня
Медовый дух и нив живые соки;
Моих псалмов задумчивые строки
Поют о Вечном, с Вечностью родня.
И пусть кликуш я слышу суд жестокий,
Пусть чернь хулит мой подвиг и меня —
Не дрогну я, гоним, как все пророки:
Прекрасный Образ, тайный и далекий,
Всё ближе брезжит, властно в высь маня,
И мой огонь бросает в мрак глубокий
Маячный свет… Я чую, — близки сроки.
Мой бог грядет, победно тьму гоня…
Взгляну иль нет в лицо восходу дня,
Но счастлив я, хранитель одинокий
Священного бессмертного огня.

147

Памяти Михаила Яснова

Вчера в Санкт-Петербурге скончался Михаил Давидович Яснов.

* * *

Я странный мир увидел наяву —
здесь ничему звучащему не выжить,
здесь если я кого и позову,
то станет звук похожим на канву,
но отзвука по ней уже не вышить.

Здесь если что порой и шелестит,
то струйка дыма вдоль по черепице,
здесь даже птица шепотом свистит,
а ветер листья палые шерстит
беззвучно, будто им все это снится.

Здесь камнем в основании стены
который век не шелохнется время.
Здесь между нами столько тишины,
что до сих пор друг другу не слышны
слова, давно услышанные всеми.

15

Владимир Друк

Вчера был день рождения у Владимира Яковлевича Друка.

* * *

Едет поезд через реку,
Едет поезд по мосту
И попыхивает кверху
Гордо поднятой трубой.

Там, конечно, пассажиры
Все на лавочках сидят.
Там, конечно, пассажиры
Масло с курицей едят.
Там, конечно, пассажирам
К чаю сахар подают.
И конечно, пассажиры
Песни радостно поют.

Но такой же точно поезд
Отражается в воде.
И труба его большая
Почему-то смотрит вниз.

Там, наверно, пассажиры
Безбилетные сидят.
Там, наверно, пассажиры
Целый день в окно глядят.
Там, наверно, пассажирам
Чай вообще не подают.
И, конечно, пассажиры
Песни грустные поют.

На мосту остановился
Поезд — эх! — на пять минут.
Размышляют пассажиры:
ТАМ мы едем или ТУТ?

* * *

пока ты не поймёшь что ты один
но состоящий из различных знаков
огня воды металла и земли
замешанных однажды на любви
пока ты не поймёшь что ты один
что мир един и всюду одинаков
а ты частично непереводим

пока ты не поймёшь что ты один
иных уж нет а те уже далече
что выпить нет хотя ещё не вечер
и всё открыто блин а денег нет

и те кто пил с тобой — плывут вперёд
и что моряк похожий на дантеса
обмолвился — он выпал из процесса —
когда ты встал и вышел из процесса
а на корме качает и клюёт

пока ты не поймёшь что ты один
что ты чужой на этом пароходе
где барышни ещё дают в проходе
но в долг буфетчик больше не даёт

пока ты не поймёшь что ты один
один как свист как чайник как разведчик
который за товарищей ответчик
по всем статьям партийно-гнездовым

пока ты не поймёшь что будет день
и будет ночь когда тебя не будет
и что единый проездной билет
на этот месяц — скажем на январь
или апрель
переживёт тебя и станет вечным

и первый встречный он же вечный жид
у входа встретит и не убежит
и выдаст новый проездной билет
и ты поймёшь что смерти в жизни нет
что смерти нет и никогда не будет

и что по этой стрит плывёт процесс
но что тебе до этого процесса
но что тебе до этого матроса
когда с тобою рядом спит принцесса
весёлая принцесса рядом спит

Лапшерон

лапша
сами с лапшами они к нам с душой
а мы к ним — с лапшой
кто к нам с лапшой придет,
от лапши и погибнет!
лапшегубка
лапшированная рыба
лапшевик
лапшадник зла
что наша жизнь?
лапша
западное полупшарие
лапш, лапш вперед, рабочий народ!
лапшок
лапшометр
«отче лапш»
лапшевик с 5-ти летним стажем
лапшание
слапшняк
лапшедром
коллапш
я вешаю лапшу
ты вешаешь лапшу
он вешает лапшу
мы вешаем лапшу
хороша лапша?
лапша хороша!
вижу что? — лапшу
много чего? — лапши
хороша лапша?
хороша!

однажды к великому Лап Ши пришли ученики
что ты делаешь, великий Лап Ши? — спросили они
разве вы не видите? — ответил Учитель —
пудрю мозги…

Шереметьево

я хочу быть понят своей страной
я хочу быть понят своей женой
я хочу купить себе проездной
и уехать к Б-гу на выходной

я хочу подключиться к саянской ГЭС
или просто включить из конфорки газ
я уже выпил КПСС
но еще не доехал до АДИДАС

этот город останется без меня
сиротою казанскою как вокзал
все останется так же — но без меня
все останется так, как я сказал

шереметьево выключу, словно свет
за собой погашу
но достанет бутылочку мой сосед
а я закурить у него попрошу

мы нальем по сто, а потом еще
и врубим свободу на полный звук
и сосед мне скажет: и ты, друк!
а я отвечу: налей еще!

я пил надежду из черепов
всех советских вождей
я был пионером в стране стихов
и птицей в стране гвоздей

но теперь все выпито, ночь пуста
и пора бутылки сдавать
и я как заяц боюсь куста
но кайф не дам поломать!

я время выключу словно свет —
даждь хлеб нам насущный днесь —
и в этой стране, где меня уже нет
я все-таки еще есть

Декабрь, 1993

* * *

как бы выбраться живым
нам из мертвого моря
и войти в Иерусалим
до начала, до рассвета

там за белою стеною
за кузьмой сторожевым
начинается иная
непохожая на эту
неоконченная жизнь

178