Стихотворение дня

поэтический календарь

Мирра Лохвицкая

1 декабря родилась Мария Александровна Ло́хвицкая (1869 — 1905).

* * *

Ты — мой свет вечерний,
Ты — мой свет прекрасный,
Тихое светило
Гаснущего дня.
Алый цвет меж терний,
Говор струй согласный,
Все, что есть и было
В жизни для меня.
Ты со мной — чаруя
Радостью живою
В рощах белых лилий
Тонет путь земной.
Без тебя замру я
Скошенной травою,
Ласточкой без крылий,
Порванной струной.
С кем пойду на битву,
Если темной тучей
Грозный и безгласный
Встанет мрак ночной?
И творю молитву:
Подожди, могучий,
О, мой свет прекрасный,
Догорим — со мной…

1895

Осенний закат

О свет прощальный, о свет прекрасный,
Зажженный в высях пустыни снежной,
Ты греешь душу мечтой напрасной,
Тоской тревожной, печалью нежной.

Тобой цветятся поля эфира,
Где пышут маки небесных кущей.
В тебе слиянье огня и мира,
В тебе молчанье зимы грядущей.

Вверяясь ночи, ты тихо дремлешь
В тумане алом, в дали неясной.
Молитвам детским устало внемлешь,
О свет прощальный, о свет прекрасный!

<1898–1899>

Заклинание

Ты лети, мой сон, лети,
Тронь шиповник по пути,
Отягчи кудрявый хмель,
Колыхни камыш и ель.
И, стряхнув цветенье трав
В чаши белые купав,
Брызни ласковой волной
На кувшинчик водяной.
Ты умчись в немую высь,
Рога месяца коснись,
Чуть дыша прохладой струй,
Звезды ясные задуй.
И, спустясь к отрадной мгле,
К успокоенной земле,
Тихим вздохом не шурши
В очарованной тиши.
Ты не прячься в зыбь полей,
Будь послушней, будь смелей
И, покинув гроздья ржи,
Очи властные смежи.
И в дурмане сладких грез,
Чище лилий, ярче роз,
Воскреси мой поцелуй,
Обольсти и околдуй!

20 июня 1899

Вещи

Дневной кошмар неистощимой скуки,
Что каждый день съедает жизнь мою,
Что давит ум и утомляет руки,
Что я напрасно жгу и раздаю;

О, вы, картонки, перья, нитки, папки,
Обрезки кружев, ленты, лоскутки,
Крючки, флаконы, пряжки, бусы, тряпки
Дневной кошмар унынья и тоски!

Откуда вы? К чему вы? Для чего вы?
Придет ли тот неведомый герой,
Кто не посмотрит, стары вы иль новы,
А выбросит весь этот хлам долой!

1904

240

Леонид Иванов

30 ноября родился Леонид Викторович Иванов (1944 — 2014).

С. Горюнов, В.  Мотрич, Л.  Иванов.
Харьков, 1975. Фото М. С. Басова

ΨЫ

For Ю. Л.

У райских врат парит архангел-птах
У адских врат царит цепной церебрум

На стогнах Рима пепелеют маки
Блудят кометы в зёрнах звёздной ржи
Пасуют гуси — Рим пасут собаки
Тревожно спят хоромы и бараки —
Сторожевые псы не спят во мраке
Мир бороня от порчи и парши

Истлев, дорожных карт линяют знаки
И тяжелеют веки мудрых сов —
Сторожевые псы не спят во мраке,
Блюдя устой осей и полюсов

Учуя зов зловещих голосов
Скулят вразброд придворные собаки
И вторит им проворно вой низов

Сторожевые псы не спят во мраке
Им нипочём тягучий зов часов
Остерегись их яростной атаки —
Рот на замок и двери на засов.

* * *

В мерцанье шума городского
Под гнётом мёртвых пирамид
В раскопах сна тот не раскован
Кто добровольно не убит

Но дезертиру гороскопы
Ночного неба не солгут —
Для самовольного холопа
Есть у владык и цепь и кнут

И истинный беглец однажды
Отыщет выход и исход
В колодец сна скользнув как Гаршин
Шагнувший в лестничный пролёт

Август 1983

* * *

Внезапно о себе напомнила зима.
Ночные облака вдруг вмиг как ветром сдуло
И острая луна по лужам полоснула
И залил мёртвый свет и лица и дома.

Нет в лабиринте стен спасительного лаза
Пусть мотыльки летят на тот запретный свет
Нам остаётся ждать, когда воскресший Лазарь
Для преданных теней откроет лазарет.

А небо и луна — всё это только снится
И тот и этот свет равно сошли с ума
Стена, стена, стена…
А может, мир — больница?
А может просто боль,
Не Ницца, а тюрьма?

* * *

Когда незрячий воздух рассечёт
Топор ладони, падая как кречет
Слепой историограф обеспечит
Всем смертным послежизненный учёт.
Сквозь пальцы глядя — время не течёт.

В песок пустыни воля кости мечет
Оазис сна кочевника влечёт
Слепой игрок играет в чёт и нечет
И слепень жажды жалит и печёт

Жестокость боли жалует и лечит
Неровен час, но непрерывен счёт:
Ручное время нам противоречит

Лишь смерть улыбкой нас очеловечит
Сравняв в правах бесчестье и почёт

102

Анна Глазова

Сегодня день рождения у Анны Саркисовны Глазовой.

* * *

нашло лезвие на остриё
масло на ножны
воздух упал в пропасть
и она его ест

крутится по дому
местное из мест
ветер точит лопасть
о свою же кожу

свет разгребаешь как каштаны в огне
и тень со стеклом сливается в шатком окне

* * *

в темноте перегона
на червивой доске
картами мира
играли
два любителя ехать.

в их ладони
лежала, с надломом,
фуражка,
проводник искал стрелку,
рельс и костыль,
непокрытый король.

меж вагонов, вслепую,
на чёрном колене,
гадальной колодой
из штанины вокзальной воровки,
на провод, на холод
и на дырку в кармане воровки.

* * *

и в этом голубином зрелище,
ты так думаешь, будет нам место?
кто уступит? кто со временем
стали призраком общего места.
те, чей призрак, весь на один,
перестал появляться, стал призрак.

и чего не приснится под этим-то сирым небом.
между делом и не́делом: слушаю. да.
ты, опивки синего моря в пластмассовой раковине,
говори мне. шёпот пены на пиве.

не сошлют и на море.
и туда теперь можно ведь дозвониться.
пить, пить, солёной воды из-под крана,
как мак и как память, замолчи меня,
Тихон, «не могу говорить», повторял ты,
не могу говорить.

* * *

взять лекало и крыть
топкую голубятню, волчарню,
отпечатками голубей,
где у зверей
твёрдая пища, и не поломать голубых зубов
плотною черепицей
как чаща,
вяленой рыбой и торсом,

и собрать, собрать черенки,
в лысую шкуру
и щебень,
щебень и
черенки расколовшейся тверди,
разошедшейся, расколовшейся хляби.

взять лекало и крыть.

* * *

прошло девять месяцев
мышь рожает гору
целая цепь гор
ползут к горизонту
столпились у моря

давай дышать
быть
не мышь не гора
облака проползают по небу
червяки проползают в земле
и оставь им небо,
небесным

* * *

яблоки, двое, повисли
среди расщеплённой стены.
падать некуда: тяжесть пропала
в сердцевине скалы.
сквозь труху у проёма
рвётся, рвётся дичок.
обе ветки прогнулись от звука.

если полость тумана нежна,
то в неё упадём.

79