Сегодня день рождения Александра Михайловича Литвинова (1970 — 1999).

Самолетик

Говорят, пароходики — это не вредно.
Говорят, пароходики — это не страшно.
От них и любовь, и цветы, и пенье.
И от этого живей идет распродажа.

Увидел пароходик и сгорел дотла,
Оставив на поверхности мазутные пятна.

Может от любви, а может от жалости.
Не уберегли, не досмотрели…

Мой самолет был болен, тяжело болен,
Неизлечимо болен пароходиком в море.
Мой самолетик помер, насовсем помер,
Он умирал долго от пароходика в море.

У самолетика был пароходик легких.
У самолетика был пароходик сердца.
Ему вызывали по ночам скорый поезд,
Но в скором поезде нет от пароходов средства.

Увидел пароходик и сгорел дотла,
Оставив на поверхности мазутные пятна.

Может от любви, а может от жалости.
Не уберегли, не досмотрели…

Мой самолет был болен, тяжело болен,
Неизлечимо болен пароходиком в море.
Мой самолетик помер, насовсем помер,
Он умирал долго от пароходика в море.

1997

Четверо

Сначала было клево, это потом было слово и только к утру
Маленького человечка, спящего под листиком коки,
Смыло слезой с сосны, в одном отдельно взятом бреду,
И несет сквозь тонкие пальчики в мутном временном потоке.

Маленький человечек, застывший в капельке янтаря,
Оправленный благородным кулончиком на твоей тонкой шее,
Плохо спит по ночам, ворочается и щекочит грудь,
И от этого чайник на моей кухне становится все теплее…

А чайник на кухне то холоден, то горяч, то кажется просто теплым.
У человечка так быстро то лето то зима, что кажется, будто вечная грязь.
А мы так быстро то живы то мертвы, что кажемся молоды вечно.
Нас только четверо с этом мире, а между нами такая вот связь.

Человечек говорит мне спасибо за то, что я далеко и просто пью чай,
Я говорю спасибо ему за то, что он просто висит на твоей тонкой шее…
Я благодарен тебе, что ты одна и просто спишь.
И от этого чайник на моей кухне становится все теплее…

1996

Ладо

Негде коню скакать, спасать от злого взгляда.
Деве самой бежать, искать берегом, видишь?
Черным крылом хлопает дом пустой, ставни.
Среди дорог, забитых травой, лихо рядом.

Отпусти да чур ли шаг бежать — мне всякий путь колом,
А коня она ль в повод ведет — всяк от нас сгинут.
Черной золой ветер зарой в листве палой.
Среди дорог дороги домой моей нету.

А вода студена из воды моих рубах просит.
А в Березани лед сойдет — ты меня встретишь.
Чистой водой мчится домой твое ладо.
Среди дорог, забитых травой, мой путь светел.

1997

0