Стихотворение дня

поэтический календарь

Янка Дягилева

4 сентября 1966 года родилась Яна Станиславовна Дягилева. Вечером 9 мая 1991 года ушла со своей дачи вблизи станции Новородниково под Новосибирском. 17 мая её тело было обнаружено в реке в 40 км ниже по течению.

yanka-dyagileva

* * *

Ударение на слоге выше прописной строки
Мишка, спрятанный в берлоге, вам напишет от руки
Ночь под лесом так спокойна, так проста его постель
Равнодушна, как подушка, монотонна, как свирель
Свежесорванного утром календарного листка
Старовыеденных формул о строении желтка
Растворимый серый ежик, что от пепла был рожден
Собирался в гости к другу, да метлою был сметен
Вместе с грустными сверчками и обрывками стихов
Вместе с нотными значками и колонией бычков
Подхватили, закружили и сложили в уголок
Поразмыслив, вокруг кучи очертил квадрат мелок
Встали стенки, села крыша, прилегло к двери крыльцо
У оконца ежик пишет другу Мише письмецо
Миша, может будет буря, может рухнет потолок
Может, зря я растерялся, затерявшись в уголок
Может, завтра будет лето, вторник выйдет за средой
Может, камень обернется родниковою водой…

1987

* * *

Я голову несу на пять корявых кольев
Я крепость возвожу из старых липких карт
Крестьянкой крепостной в края крапивных кровель
По хрупкому хребту, что кренится назад
Сбивая руки вкровь о камень, край и угол,
Заплаты на лице я скрою под чадрой
Границу перейду страны вороньих пугал
Укрыться попрошу за Лысою горой
Кроя крамольный крик кривой кровавой кромкой
В горячий грешный год, грядущему грозя
В поту пытаться встать, чтоб испытать потомков
Положено молчать скользя, ползя — Нельзя
Светящихся святых, схвативших свист затвора,
Свалившихся под свод сомнительных свобод
Вас сварит на свечах свиней свирепых свора,
Что с воплями с верхов по-свойски сваи бьет
Тщеславный чуткий червь, чирикающий числа
Чеканит черный час чужих очередей
В чугунных черепах отчаянный нечистый
Считает рычаги начальственных речей
Периметры портов пиратов принимают
Под парой парусов по праву приютить
Порушив парапет, паркеты попирают
Потребовавшие не оправдав, простить
Страданий стадных стон застреманной столицы,
Старушечьих стихов расстроенной струной
Стирает в сотый раз нестертые страницы
Стараньем стукачей, строчащих за стеной
Молчащий миллион немыслимых фамилий
Мелодия молитв, просмоленных молвой
Малиновый мелок на молот заменили
Неровный рвущий рев на равнодушный вой
Контейнеры костей стекают под откосы
Все костыли в костры, кастетом на контакт
Прочтенное письмо порви на папиросы
Фантасмагорий фон под фанатизма факт
Бренчание брелков, небитые бродяги
Бретона и Дали далекие борта
Обыденный аборт в обрушенном овраге
Желанных жизнесхем живая красота
Отрадных атрофий отрывки, и как будто
С утра утрачен сон о трудности трюка
От радости утра отринув атрибуты,
Оторопевший страх отрежет от крюка,
На переходе вниз отключит эскалатор
Количество колов скатилось до пяти
Осиновым шестом укреплены плакаты
Со стрелкою, куда свою башку нести.

осень 1987

* * *

И не жарко, и не жалко
И не елка, и не палка
И не мыло, и не мало
Не Фома и не Ерема.

1989

* * *

До Китая пешком рукой подать
Три ручья зазвенели в три рубля
Я такой же, как дым стою столбом
Где федорино горе в городах
Пляшут рыбы любуясь на людей
И заплакали блюдца — не лучше ль вернуться
Почему, зачем, для чего, для кого
Недобитый фонарь летит под лёд
Так уводят коней за край земли
Это песня про пыльную полынь
Это песня про вольную войну
Над Уралом над золотом золой
Чёрный ворон и белая ворона
Это песня про голос и гололёд
Это песня про чёрную любовь
Приходи ночевать
Остынет день
Бестолковый огонь оставит дом
Приходи ночевать…

1991

3
1

Геннадий Жуков

4 сентября родился Геннадий Викторович Жуков (1955 — 2008).

gennadiy-zhukov

Письма из города. Гений

Раскрой свое железное крыло
И помавай над сталью и бетоном —
Здесь в недрах гулких, в гаме монотонном,
В холодном эхе долгих анфилад
Родился твой неоперенный брат.
Овей его покатое чело
И осени перстами с перезвоном.

Се — брат твой, Гений! Он, как теплый воск,
Из лона матери сошел на чрево мира.
Здесь будет он оттиснут, как просвира,
Воспримет воск эпохи блеск и лоск,
И мудрость — цвета зрелого сапфира —
Да, мудрость граждан — словно бы сапфир —
Он обоймет и будет мудр, как мир.

Так осеняй, пока не вышел срок —
Не отросло, в пушистых завитушках,
Перо. Он будет возлежать в подушках
Крылом в тюфяк, зубами в потолок.
Он будет хлюпать ночи напролет
Гундосыми слюнявыми слогами,
Он к «лю» и к «ля» диезы подберет
И вытрет стенку квелыми ногами.
Так три пройдет, и тридцать лет пройдет,
И выйдет срок:
Он сопли подберет,
И пустит слюни, и в восторг придет,
Когда войдет — в заштопанном и сиром —
Любовь его и утку поднесет,
И удалится клокотать сортиром…

И — подавившись собственным клистиром —
Он — в простыне запутавшись — умрет,
Избранник века — полный идиот —
В гармонии с собой и с этим миром.

Чабрец

В смиренье тягостном влача
Асфальт, налипший на подковы,
Влача обноски и обновы,
Я было умер сгоряча…
Но был у города конец.
И кровь слилась с древесным соком —
Я горло жег зеленым током,
Зеленый хрупая чабрец.
Еще гортань была в огне,
Когда со страхом пилигрима
Я чуял, как неистребимо
Язычник деется во мне.
О, я не знал, слетая с круга, —
Как хрип с пластинки шансонье, —
Что петь мне звонко и упруго,
Что мне играть на тетиве!
Возьми мой кашель перочинный
И возврати, моя земля,
Гортанный хохот лошадиный
И плач гортанный журавля!
Пусть эта боль — на боль похожа…
Пусть. Я согласен онеметь,
Пока сползают слизь и кожа
И нарастают сталь и медь.

Письма из города. Часы

1

Как зверь, что ищет соль земли, не ведая, чего же хочет,
Мы проходили и прошли, и вот над нами смерть хохочет.
Среди потоптанных долин стоим обуты и одеты
И знать хотим — чего хотим, когда уже желаний нету…
Мы недра выскребли земли, мы сотворили мир свой вещий,
Но вот надкушенные вещи вкруг нас валяются в пыли.

2

Я знать хочу — чего хочу,
И обнажаю понемногу
Свой дом, и волочу к порогу
Обноски, что давно влачу.
И здесь останутся часы —
Свидетель крайнего позора:
Я нищ — я нищ — я нищ, и скоро
Они затеются, как псы,
Трястись и взлаивать надрывно,
Напоминая в пять утра
Что жизнь уходит непрерывно,
И что пора — пора — пора.

1
0

Яков Голосовкер

4 сентября родился Яков Эммануилович Голосовкер (1890 — 1967).

Портрет работы В. Н. Басова. 1940-е годы
Портрет работы В. Н. Басова. 1940-е годы
«Свобода творчества дороже всего обладателю интимно и высоко развитого высшего инстинкта, имагинативного абсолюта: поэту, философу, художнику, а также и подлинному ученому. Она голос этого в них живущего инстинкта. Без свободы творчества этот инстинкт не может себя проявлять в положительных формах, не может мощно творить и воплощаться. Вот почему философу и поэту свобода часто дороже жизни».

Я. Э. Голосовкер, «Имагинативный абсолют»

* * *

Я — неразгаданная тайна забытой сказки, я — поэт.
Я — пламень, не дающий свет
И свет, не знающий сгоранья.
Я — только миг. Я — камня блеск, — игра лучей в снегах мечтанья.

1912

Фридрих Гёльдерин (1770-1843)

Любовь

Вы забыли друзей, вы и поэтов дар
В благодарность всей тьмой так опозорили,
Бог прости вам, но чтите
Хотя бы душу любви живой.

Где, не скажете ль мне, люди живут людьми,
Когда рабство забот только и знают здесь?
Потому-то и бродит
Беззаботно над нами Бог.

Но как год ни суров, стужа беспесенна,
Срок придет, и гляди, – дождиком брызнуло.
Зеленеет уж поросль,
Чаще птиц одиноких трель.

Пробудился и лес. Мреет. Река бурлит.
Уж дохнуло теплом неги полуденной,
В срок предпосланной. Близок
Шаг прекрасной поры, весны.

Мы не верим ли ей? Радостно-вольная,
Вся блага и чиста, над рудоносною,
Над землею восходит
Бога дочь. От него любовь.

Так прими же ее, ты, мой небес цветок!
Тебя пестует песнь, сладким нектаром вздох
Сил эфира питает
И растит животворный луч.

Крепни, бором взойди! Зрей и дыши, мой мир!
Полноцветно цвети! Ты, о любви язык,
Языком будь родимым,
Вглубь вдыхая народа речь.

Краткость

Как ты, песнь, коротка! Иль не мила тебе
Ткань напева, как встарь? И тогда, в юности,
В дни надежд — иль забылось?
Нескончаемо песнь ты длил.
Миг — и счастье, и песнь. В зорю вечернюю
Окунусь ли — уж темь, и холодна земля,
И, мелькая, все чертит
Птица ночи у глаз крылом

Выздоровление

Грусть. Любимец твой спит. Болен. Что мешкаешь,
Исцелительница! Или иссякла вдруг
Нега вздохов эфира,
И не брызнут ключи зари?

Иль цветы на земле в золоте солнечном,
Рощ весенних плоды не исцелят, увы,
Этой жизни, о боги!
Кто ж ее, как не вы, создал?

Ах, не дышит ли вновь благостной жизнью звон
Переливчатых слов? Вновь ей мила, влечет
Юность прелестью, вновь ей
Мир сияет, как встарь тебе.

О природа, о жизнь! Помню, как ты не раз,
Чуть поникну грустя, юноулыбчиво
Мне дарами венчала
Блеск чела. Увенчай же вновь.

Пусть состарюсь и я. Ты не меня ль, что день,
Возрождала? Тебе, всепретворяющей,
Брошу в пламень огарок
И, восстав, оживу иным.

2
0